iskander_bel (iskander_bel) wrote,
iskander_bel
iskander_bel

Categories:

Августовская война была кровавой авантюрой самоуверенных и обнаглевших от безнаказанности мерзавцев

Оригинал взят у iberianna в Августовская война была кровавой авантюрой самоуверенных и обнаглевших от безнаказанности мерзавцев
Александр Чачия: Августовская война была кровавой авантюрой самоуверенных и обнаглевших от безнаказанности мерзавцев


icon150



Как действовали грузинские власти до начала августовской операции 2008 года, о чём просил Саакашвили академик Российской Академии социальных наук и что ему ответили, об этом «Кавказской политике» рассказывает в интервью профессор, академик Российской Академии социальных наук, вице-президент Академии социальных и национальных отношений Грузии, философ и политолог Александр Чачия.

- Насколько мне известно, до признания тогдашним президентом России Дмитрием Медведевым Абхазии и ЮО, Вы несколько раз через прессу обращались к Михаилу Саакашвили и просили, чтоб он встретился с президентом России, чтобы избежать того, что впоследствии и произошло. Как думаете, почему ваша просьба не была услышана Саакашвили, и как Вы расцениваете поступок грузинского президента?

- 7 августа 2008 года я выехал из Тбилиси в Батуми с намерением провести несколько дней на побережье. В дороге и встретился с колоннами танков, бронетранспортеров, машин с солдатами, которые двигались в сторону Цхинвали. Казалось, картина ясная, но я все же не верил, что Саакашвили способен на это безумие. Надеялся, что будет некая «акция устрашения», очередная пиар-кампания «Нацдвижения».
На следующий день все узнали о войне. Выехать в Тбилиси уже не было возможности, и

я обратился к президенту с помощью прессы, призвав его немедленно прекратить позорную самоубийственную авантюру. Мною было прямо сказано, что эти военные действия повлекут за собой не только наше жестокое поражение и гибель сотен людей, но и признание со стороны России независимости Абхазии и Южной Осетии.
Параллельно я попытался связаться со знакомыми мне людьми из окружения Саакашвили. В первые два дня они мне отвечали, что Цхинвали уже взят, и скоро осетины попросят пощады, а весь мир приветствует нашу операцию по восстановлению территориальной целостности.

Затем, когда трупы наших солдат разлагались под палящим солнцем, они праздновали «историческую победу», пели и плясали на проспекте Руставели. Потом приумолкли, парализованные страхом перед двигавшимися в сторону Тбилиси российским танками. А когда поняли, что им лично ничего не грозит, вновь пришли в себя и с прежним апломбом уверенно заявляли, что мировое сообщество на их стороне, и Россия не посмеет признать независимость Абхазии и Южной Осетии.
Меня со всех сторон облепили сотрудники спецслужб, открыто следя за каждым моим шагом. За это время я дал ряд интервью нескольким изданиям, в которых взывал к разуму Саакашвили и Нацдвижению, и оппозиционным партиям, и интеллигенции, но все это, конечно, не имело никакого смысла. В последнем интервью я посоветовал Саакашвили застрелиться; интересно, что газета подала этот материал под заголовком «Чачия угрожает Саакашвили убийством!». В конце августа я покинул Батуми, вылетев в Стамбул.

- Как Вы расцениваете сегодня событий августа 2008 года? Можно ли было избежать их?

- Я считал тогда и продолжаю считать сегодня, что августовская война была кровавой авантюрой самоуверенных и обнаглевших от безнаказанности мерзавцев. Тот факт, что этих марионеток подстрекали заокеанские любители кровавых зрелищ с целью проверить способность России к адекватным действиям, не смывает с них крови сотен людей, ставших жертвами этой подлой акции.
Вместе с тем, уверен, что эта война была закономерным звеном в целенаправленной политике марионеточных властей Грузии и их патронов, направленной на избавление от автономий, мешающих размещению на грузинской территории иностранных военных баз НАТО или стран-членов НАТО.

- После тех событий Вам запрещено было приезжать в Грузию. На сегодня этот запрет ещё в силе?

- Официально мне никто не запрещал въезд в Грузию, но давали понять, что мой приезд и какая-либо публичная деятельность нежелательны. Но у меня и не было этого стремления. Дело в том, что вся моя общественно-политическая деятельность была обусловлена надеждой на возможность позитивного решения грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов. Ничего больше от политики мне не было нужно. В августе 2008 года эти надежды рухнули, именно поэтому я покинул Грузию.
14 марта сего года я прилетел в Тбилиси и был приятно удивлен тем, что предъявленный пограничнику паспорт был мне возвращен через минуту. В течение последних 15 лет эта процедура обычно занимала 20-30 минут, а иногда и час, если не могли связаться с лицом, имевшим право разрешить мой въезд или выезд. Это было крайне унизительно. Мне, гражданину Грузии, требовалось чье-то разрешение на въезд в собственную страну. Слава Богу, эти фашистские правила, заведенные в отношении меня еще при Шеварднадзе, отменены.

- Как Вы думаете, насколько правильны первые шаги, сделанные премьером Иванишвили по отношении к России?

- Об эффективности этих шагов говорить пока не приходится, они носят скорее символический характер, но уже хорошо, что правящие круги отказались от глупой воинственной и оскорбительной риторики, вышли на заключение довольно успешных экономических договоренностей, несколько оживились культурные связи.

Конечно, представители новой власти продолжают бессмысленную демагогию о «скором вступлении в НАТО», «интеграции в Евросоюз» и прочей политической атрибутике, характерной для современных колоний Запада, но российская сторона должна с пониманием к этому относиться. Ведь в Грузии фактически утвердилось некое уродливое двоевластие, которое американцы ревностно оберегают. Б. Иванишвили, даже если бы очень хотел (я пока не могу об этом судить), не может делать резких движений. В парламенте – солидное представительство Нацдвижения, не менее солидная депутация родственных «националам» по духу партий, состоящих пока в коалиции Иванишвили, но, как и Нацдвижение, полностью подконтрольных американцам.

Собственная политическая база у Иванишвили крайне скудна. Большинство органов местного самоуправления, судебная система, ряд ведущих СМИ по-прежнему контролируются группой Саакашвили. И за всем этим – неусыпное око посла США. Даже если Иванишвили ясно осознает (а я хочу в это верить), что решение наших главных, жизненно важных проблем – урегулирование конфликтов и создание национальной экономики – напрямую зависит от тесного сотрудничества с Россией, все равно он вынужден считаться со сложившимся в Грузии раскладом сил.

- Вы прекрасно знаете, что ни один грузин не примирится с потерей территориальной целостности. Сможет ли Грузия решить этот вопрос в обозримом будущем, игнорируя Россию и надеясь на США, Европу и НАТО?

- Мы можем не мириться с потерей целостности, но от этого она не восстановится. Более 20 лет мы выражали нашу «непримиримость» и продолжаем выражать упованием на мифическую помощь НАТО, США, Евросоюза, поддержку абстрактного «мирового сообщества» и прочий бред. Общественность шла на поводу у властей, которые этой фразеологией прикрывали свое нежелание и неспособность даже приступить к урегулированию конфликтов.
Мы видели, что на протяжении всех этих лет проблемами конфликтов занимались люди, которых никто не знал ни в Москве, ни в Сухуми, ни в Цхинвали, да и в Тбилиси они были известны лишь узкому кругу их однопартийцев. Каким мог быть результат их деятельности? К сожалению, положение в этом смысле пока не изменилось.

Новая власть декларирует свое стремление к диалогу, но эффективного диалога, конкретных предложений, реальной программы действий пока не видно. Обратите внимание: западным вектором политики занимаются премьер-министр, председатель парламента, целый ряд парламентских комитетов, специально созданные министерства мифической «интеграции в североатлантические и европейские структуры», сотни щедро финансируемых неправительственных организаций, а отношениями с абхазами и осетинами – министерство по делам реинтеграции, само название которого уже исключает диалог.

Не удивительно, что продуктом напряженной деятельности этой структуры стал оглашенный министром рецепт: мы построим такое развитое демократическое государство, что абхазы и осетины сами попросятся в состав Грузии. Естественно, с таким подходом ожидать какого-либо прогресса в этом направлении не приходится.
Я недавно выступил в грузинской прессе с предложением реально возвести взаимоотношения с Абхазией, Юго-Осетией, Россией, в том числе с северокавказскими республиками, в ранг высшей государственной политики. Я считаю, что для этого надо использовать освобождающийся пост президента страны. Новому президенту должно быть вменено в обязанность решение проблем, связанных с этим направлением политики.

Разумеется, это уже не будет комфортная должность, позволяющая без толку болтаться по европейским столицам и заниматься краснобайством. Ездить надо будет в Сухуми, Гудауту, Цхинвали, обязательно во Владикавказ, Майкоп, Грозный, Нальчик, Махачкалу и, конечно же, в Москву.
Если это будет человек, приемлемый для принимающих сторон, то, обладая высоким государственным статусом и квалифицированной командой способных к диалогу сотрудников, в тесном взаимодействии с премьер-министром он сможет обеспечить прорыв в этом жизненно важном направлении. Прорывом я считаю открытие границ, создание общего экономического и гуманитарного пространства со свободным перемещением рабочей силы и товаров.



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments