iskander_bel (iskander_bel) wrote,
iskander_bel
iskander_bel

Полезная сталья о фундаментализме в глобальном масштабе

Оригинал взят у adam_a_nt в Полезная сталья о фундаментализме в глобальном масштабе
«Фундаментализм наступает»

Ивар Максутов — о природе религиозной нетерпимости, крушении колониализма и «синдроме конца света»

текст: Ивар Максутов
фото: Julia White
GEO №177 Декабрь 2012/12:13/29.11.2012

Трудно найти сегодня на карте мира место, где представители различных религиозных традиций не конфликтовали бы друг с другом, отстаивая свою веру и защищая традиции предков. При этом притеснения, угрозы, а иногда даже пытки и убийства имеют место не только в странах так называемого «третьего мира», но и в регионах, которые всегда считались оплотом европейской культуры. Глобальный поиск национальных и культурных идентичностей приобретает все более выраженный религиозный оттенок. Точнее даже, именно сегодня этот оттенок проступил со всей яркостью. На наших глазах  происходит глобальная «фундаменталистская революция».

Причем речь идет не только о мусульманском мире, хотя именно здесь сосредоточен основной нерв новой эпохи. Нет, это проиcходит во всем глобализирующемся мире: от Гонконга до Сан-Франциско, от Архангельска до Кейптауна, от Сиднея до Тель-Авива. У этой революции есть три причины: рост фундаментализма, конец эпохи колониализма и апокалиптический синдром.

Слово «фундаментализм» часто воспринимается как стигма, ругательство, как синоним «экстремизма». Но в широком смысле «фундаментализмом» можно назвать всякое стремление к строгому соблюдению норм, предписанных моральными авторитетами. Например, предками. В узком же смысле «фундаментализм» апеллирует к историческому прошлому. Прошлому, в котором таятся смысл и источник традиции, ее идеология и нормы.

Суть фундаментализма — поиск идей «отцов», своеобразного фундамента в прошлом, пусть даже и недалеком. История религий знает немало попыток определения подобного «золотого века», места нравственной чистоты и  бессмертия, а также попыток вернуть человечество в это состояние, которое решит все проблемы. Подобные эксперименты уже были и нередко заканчивались трагично. Нынешний фундаментализм — это реакция части общества на глобализацию и модернизацию. Эти процессы провоцируют появление сильных фундаменталистских групп, которые ищут основание национальной, религиозной и культурной идентичностей в своем прошлом.
 


Один из примеров такого фундаментализма — движение салафитов, само название которых происходит от арабского слова «предки». Это движение — скорее, стихийный ответ части мусульманского общества, предельно озабоченной поиском идентичности. В этих поисках мусульмане обращаются к ценностям, существовавшим, по их мнению, в общинах времен Мухаммеда и первых праведных халифов. Многие явления исламского мира, сформировавшиеся после этого, отвергаются как еретические.

Именно такой поворот внутри традиции можно было наблюдать в Европе в начале Нового времени в той среде, которую мы сегодня называем «протестантами». Те люди не просто протестовали против индульгенций, но требовали возвращения к апостольской традиции, то есть к нормам и правилам первых христиан.

Похожие группы есть сегодня и в Европе, и в России, и в США. Потому что и здесь есть спрос на «традиционные ценности», содержание которых может меняться в зависимости от эпох, в которых представители традиций ищут источники ценностей. Например, в среде «христианских правых» в США отсылка к нормам времен «отцов-основателей» может узаконивать расовое или гендерное неравенство, сегрегацию чернокожих или дискриминацию женщин. Не говоря уже о строгом следовании букве Библии, а также противостоянии «дарвинизму» и теории эволюции. И было бы неверно списывать эти явления на косность, необразованность и консерватизм среды. Ведь в их основе лежит поиск обосновывающей идеи или идеологии. Тем более не стоит игнорировать их в силу маргинального характера или малочисленности групп, поскольку именно они способны на радикальные действия, изменяющие плоть истории.

Корни фундаментализма скрываются в глобальных изменениях, произошедших в мире во второй половине двадцатого века. После Второй мировой войны европейцы шаг за шагом покинули свои бывшие колонии. Так закончилась эпоха колониализма — и в бывших колониях, и в бывших империях начался рост национального самосознания, а вместе с ним и поиск национальной идентичности. Именно этими процессами порождены большинство вопросов сегодняшней общественно-политической повестки дня во всем мире. К концу двадцатого века это и привело к усилению фундаменталистских настроений в бывших колониях, которые подразумевали возвращение к доколониальному времени и культуре. Даже если оно существовало лишь как мифологический сюжет «золотого века». Для жителей мусульманских стран, ожидавших обновления культуры через возрождение традиций предков, это означало одно: христиане — это инородцы. Или даже враги.

Нечто похожее происходило и в христианских странах  по отношению к выходцам из бывших колоний. Таким образом, в постколониальном мире важнее та традиция, которая в состоянии предъявить свою укорененность в истории и четко описать «золотой век», а также нормы, которые ему соответствуют и следование которым может привести человечество к нему в будущем.

Этот запрос на будущее, как осуществленное прошлое — следствие третьего глобального сдвига, порожденного массовой культурой и свойственным ей разочарованием в идее прогресса. Его можно охарактеризовать как исчезновение будущего. Если еще в 1970-е человечество представляло себе будущее как пространство новых возможностей и решенных проблем, то к началу двадцать первого века образы будущего, наоборот, предлагают картины апокалиптические. Примером тому могут служить фильмы и книги, рисующие будущее человечества в малопривлекательных красках или прямо пророчащие ему скорую гибель. Подкрепляют эту идею все увеличивающееся число пророчеств о скором конце света, которые тиражируют масс-медиа. А усиливают всемирный апокалиптический синдром научные теории и гипотезы, предрекающие скорую гибель Homo sapiens из-за техногенной катастрофы, ядерной войны или глобального потепления. В основе этих мифов, как и всякой эсхатологии, лежит проблема новой антропологии, нового учения о человеке. Ведь когда возникает проблема конца света, перед человеком встает вопрос: «Чем я буду после конца света, и что во мне сегодняшнем необходимо изменить, чтобы быть частью будущего?»

В двадцатом веке предлагались сотни, если не тысячи, вариантов ответов, но ни один из них не был убедителен. В итоге потеря будущего поставила человека перед фактом собственной смерти не только и не столько как индивида, но как целого биологического вида. В этих условиях движение вспять, обращение к собственному прошлому и попытка вернуться в «золотой век» — закономерно и естественно. Такое уже не раз бывало в истории человечества.

Так что не стоит обольщаться — фундаменталистская революция уже началась.

 
--------------------------------------------------------

Ивар Максутов — старший преподаватель Центра изучения религий РГГУ, член Исполнительного комитета Европейской религиоведческой ассоциации, председатель Московского религиоведческого общества и главный редактор интернет-проекта «Постнаука».

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments