Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

энтеоснагайкой

Русские православные святые об еретичестве т.н. старообрядцев




На последнем фото: современные старообрядцы РПСЦ в московском Рогожском поселке скандалят друг с другом (2007 год).

Преподобный Серафим Саровский и старообрядческий раскол
Collapse )

+ + +
Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворец, и старообрядческий раскол

Collapse )


Святитель Феофан Затворник Вышенский о старообрядцах и старообрядческом расколе

Collapse )

Использован материал отсюда: http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=1169

Связь русского "старообрядчества" с иудейской каббалой http://iskander-bel.livejournal.com/816103.html

РАЗМЫШЛЕНИЯ О
ПРОТОПОПЕ АВВАКУМЕ, ЦЕРКОВНОЙ СМУТЕ И ЛЮБВИ К РОДИНЕ
Священник Даниил Сысоев, кандидат богословия, мученик за Христа
http://mission-center.com/ru/publicatsii/187-2009-11-13-18-58-25

Всё о староверах. Диспуты со старообрядцами
http://orthodoxy33.wordpress.com/tag/секты/
энтеоснагайкой

Связь русского "старообрядчества" с иудейской каббалой

Оригинал взят у antikob в О происхождении старообрядчества

Очень ценные сведения, проливающие свет на тесную связь старообрядчества, столь высоко превознесенного бесноватым КИСЭ, и иудейским платонизмом - каббалой, были обнаружены мной в книге Любови Левшун "История восточнославянского книжного слова XI-XVII веков" (Минск, 2001):


http://s5.uploads.ru/tcZEU.png


Книжная реформа
БОЛГАРСКОГО ПАТРИАРХА ЕВФИМИЯ ТЫРНОВСКОГО


Изменения в восточнославянской книжности XIV-XV вв. во многом были определены книжной реформой, произведенной последним болгарским патриархом Евфимием Тырновским и его единомышленниками. Реформа эта касалась, собственно, принципов перевода с греческого, состава литературного языка, правил правописания и грамматики.


Правда, до нас не дошел ни один теоретический труд, посвященный этой весьма значимой для культурной жизни юго- и восточнославянских стран реформе. О смысле ее можно судить (или точнее – догадываться) лишь по сочинению "О письменах"[1] ученика Евфимия Константина Костенческого по прозвищу Философ. И именно потому, что реформа непосредственно касается правил слововыражения, она, на мой взгляд, теснейшим и существеннейшим образом связана с учением безмолвников-исихастов. Хотя связь эта имеет, скорее, апофатический характер.


Прежде всего, что поражает в сочинении Константина Философа, – это целенаправленная архаизация языка при прямо-таки фанатичном поклонении форме, букве – "обожение" букв, ибо, по убеждению книжника, каждая буква в слове имеет свой особый смысл, и изменение (или ошибка) в написании одной буквы слова может изменить смысл всего речения, которое воспринималось новой школой субстанциально и толковалось аллегорически.


Такой пиетет по отношению к каждой букве священного текста коренится в гносеологических представлениях Философа, согласно которым познание есть не что иное, как называние (вспомним, как Адам давал названия многообразным тварям), когда понять (познать) вещь означает назвать ее, то есть угадать ее истинное имя, поскольку имя это "равняется обозначаемой субстанции, предмету. Слово "бог" и Бог Сам составлены из одной материи. Читать текст - значит войти в сферу влияния самой материи, разница между субъектом и объектом восприятия отменяется"[2]. А потому "в книге без соборного постановления нельзя изменить даже одну букву, не исказив при этом содержания и не нарушив связи между сущностью реалии и ее языковым воплощением"3.


В общем, в учении Константина Философа, вопреки традиционной иконологии, очевидно отождествление "характера"и "подобия" – в данном случае слова (материи) и выражаемой им сущности, в то время как Феодор Студит, напомню, особо подчеркивал, что "характер" и "подобие" имеют разные сущности, а Палама утверждал символизм, но отнюдь не тождество слова по отношению к обозначаемой им реалии.


Характерно и показательно для культуры, увлеченной проблемой человека, что сами отношения между языками и внутри отдельно взятого языка мыслятся Константином Философом антропоморфически: так еврейский язык представляется ему отцом, а греческий – матерью языка славянского; согласные звуки книжнику видятся мужчинами, а гласные – женщинами, поскольку первые господствуют, а вторые подчиняются. Диакритические знаки ассоциируются с женскими головными уборами, которые неприлично носить мужчинам. И поскольку дома женщины в присутствии мужчин могут снимать свои головные уборы, то и гласные в сопровождении согласных могут не иметь надстрочных знаков и т. д.[4]


Впрочем, тождество слова и выражаемой им сущности относится, в представлении Константина, лишь к "священным" языкам, то есть к языкам Церкви, Священного Писания, богослужения. Тем самым церковнославянский язык безусловно отделялся от разговорного, языка деловой письменности и внебогослужебной книжности, что вскоре дало свои плоды в культуре – привело к еще более ощутимому расхождению двух форм бытия древнерусского языка: письменной и устной, а вместе с тем – к еще более углубившемуся противопоставлению церковнославянского и разговорного языков. Уже в XV-XVI вв. эти противоречия четко осознавались книжниками. Зиновий Отенский (ум. 1571- 1572 г.?), например, не допускал даже мысли о возможности перевода (или хотя бы частичной адаптации) церковно-богослужебных текстов на разговорный язык, но настаивал на обратном: на исправлении разговорной речи по образцу упорядоченного (письменного) языка церковного богослужения. "Мню же, – писал он в "Истины показании к вопросившим о новом учении"[5], – и се лукавого умышление в христоборцех или в грубых смыслом, еже уподобляти и низводити книжныя речи от общих народных речей. Аще же и есть полагати приличнейши, мню, от книжных речей и общия народныя речи исправляти, а не книжныя народными обезчещати..."


Ярким документально подтвержденным примером субстанционального восприятия текста являются показания писца Михаила Медоварцева на церковном Соборе 1531 г., осудившем его вместе с преп. Максимом Греком за порчу священных книг. Во время "книжной справы" , – вспоминает переписчик, – Максим приказал ему стереть несколько строк в богослужебной рукописи. Соскоблив две строки, писец невольно остановился: "Дрожь мя великая поймала и ужас на меня напал". Тогда преп. Максим сам стер оставшийся текст, чем, по мнению Медоварцева, уничтожил "великий догмат премудрый..."[6]


От книжной реформы Евфимия, видимо, берет начало традиция рассматривать церковнославянские тексты как своеобразный камертон и регулятор догматической точности и стилистической правильности словоупотребления. "Все формы языка, – писал В. В. Виноградов о традиционалистах, – понимались и толковались как непосредственное отображение религиозных сущностей и церковных догматов. Казалось, что изменение формы слова, перемена имени чего-нибудь влечет за собой искажение самого существа религиозного понятия или предмета культа. Религиозное слово представлялось наделенным религиозно-магической силой... Поборники церковной старины восставали против замены одних слов другими, так как от этой замены, по их представлениям, искажается внутреннее существо предметов культа и подлинная связь лиц и вещей в мире религиозного созерцания"[7]. Полярные, по определению С. Матхаузеровой, концепции восприятия текста (субстанциональное, идущее от Евфимиевой реформы, – старообрядцев и, скажем так, акцидециальное – их противников) столкнулись в церковном расколе. Позднее, уже в "новое время", традиционализм будет подхвачен и развит В. К. Тредиаковским, М. В. Ломоносовым, А. С. Шишковым и другими "архаистами".




-


[1] См.:Ягич. И. В. Рассуждения южнославянской и русской старины о церковнославянском языке.


[2] Матхаузерова С. Древнерусские теории искусства слова. Прага, 1976. С. 20.


[3] Калугин В. В. "Кънигы:. ." С. 110.


[4] Подробней см.: Лихачев Д. С. Культура Руси времени Андрея Рублева и Епифания Премудрого. М.;Л„ 1962. С. 48-52; Его же. Развитие русской литературы X-XVII веков: Эпохи и стили. Л., 1973. С. 84-88; Панченко А. М. Русская литература в канун Петровских реформ. Л., 1984. С. 90-92; Калугин В. В. "Кънигы"... С. 107-110.


[5] Истины показание к вопросившим о новом учении: Сочинение инока Зиновия. Казань. 1863.


[6] См.: Синицына Н. В. Книжный мастер Михаил Медоварцев // Древнерусское искусство: Рукописная книга. М., 1972. Сб. 1. С 287.


[7] Виноградов В. В. Очерки по истории русского литературного языка XVII -XIX веков. М., 1982. С. 40-41.

Стоит ли удивляться тому, что старообрядцы легко становятся иудеями, а иудеи (в лице саббатианца Салова) вполне комфортно чувствуют себя под маской старообрядцев?


энтеоснагайкой

Нина Чавчавадзе, "Черная роза Тифлиса".

Оригинал взят у fater_varus в Нина Чавчавадзе, "Черная роза Тифлиса".
ceb6a808ea9a

4 ноября 1812 года родилась Нино Чавчавадзе, которая была женой Грибоедова всего несколько месяцев и 30 лет хранила ему верность после его смерти.

Александр Грибоедов знал юную княжну Нино с детства, будучи близким другом ее отца – видного грузинского поэта и общественного деятеля. Он даже обучал милую девочку игре на фортепиано. Их первая взрослая встреча произошла, когда Нино исполнилось 15 лет, и 33-летний поэт, к тому времени уже весьма цинично отзывавшийся о женщинах, вдруг увидел перед собою ангела дивной красоты: «За столом сидел против Нины Чавчавадзе... Все на нее глядел, задумался, сердце забилось... Выйдя из-за стола, я взял ее руку и сказал: "Пойдемте со мной, мне нужно кое-что сказать вам". Она меня послушалась, как и всегда; верно, думала, что я ее усажу за фортепиано: но вышло иначе. Мы вошли в комнату, щеки у меня разгорелись... Не помню, что начал ей говорить, и все живее, живее. Она заплакала, засмеялась, и я поцеловал ее...»
Нина, у которой было множество поклонников, ответила Грибоедову взаимностью. Дал согласие на брак и отец, и начались предсвадебные хлопоты. Уже через два месяца после помолвки молодые обвенчались в кафедральном соборе Тифлиса. Незадолго до этого Грибоедов переболел лихорадкой и чувствовал себя неважно. Возможно, поэтому он уронил кольцо, надевая его на палец невесты, что, как известно, является плохой приметой. Однако вначале жизнь молодоженов была очень счастливой. «Кто никогда не любил и не подчинялся влиянию женщин, тот никогда не производил и не произведет ничего великого, потому что сам мал душою…» - писал поэт, страстно влюбленный в свою жену.
Но семейная идиллия длилась недолго. Грибоедову предстояла дипломатическая служба в Персии. Нино, которая в то время была уже беременна, захотела сопровождать мужа. Путешествие по горам Кавказа было нелегким, ночевать приходилось в палатках, насквозь продуваемых ледяным ветром. Но Нина не роптала: «Нинуша, моя жена, не жалуется, всем довольна…» - писал Грибоедов друзьям. Ввиду напряженной обстановки в Персии Грибоедов решил не брать жену в Тегеран и оставил ее в своей тавризской резиденции. Супруги обменивались ежедневными посланиями: «Бесценный друг мой! Только теперь я истинно чувствую, что значит любить», - писал Александр Сергеевич, тоскуя по молодой супруге.
Выполняя распоряжения российских властей, Грибоедов был вынужден держаться в Тегеране жестко и не идти ни на какие уступки, за что его даже прозвали «жестоким сердцем». А за неделю до его отъезда в столице вспыхнул бунт, многотысячная толпа захватила русскую миссию. Посла буквально растерзали, а потом его тело несколько дней волочили по улицам и в конце концов сбросили в общую яму. Страшную весть скрывали от Нины как можно дольше. Ей говорили, что муж серьезно болен и нужно одной возвращаться на родину. Но во время привала она случайно подслушала разговор и все узнала. От страшного горя у нее случились преждевременные роды, и ребенок прожил всего несколько часов. «Мое бедное дитя прожило только час и уже соединилось со своим несчастным отцом в том мире, где, я надеюсь, найдут место и его добродетели, и все его жестокие страдания», - писала Нина о сыне, которого успела окрестить Александром в честь любимого мужа.
Нина всю жизнь не снимала траур по погибшему мужу, за что бывший «цветок всего света» прозвали «черной розой Тифлиса». Овдовев в 16 лет, она больше так и не вышла замуж, хотя предложения сыпались со всех сторон. Зато тратила огромные средства на благотворительность и помогала абсолютно всем, кто к ней обращался, поэтому прозвище Ангел, которым наградил ее когда-то несчастный супруг, навсегда пристало к ней. Умерла она от холеры 30 лет спустя и перед смертью тихо сказала: «Что только не перенесла твоя бедная Нина с той поры, как ты ушел. Мы скоро свидимся, свидимся... и я расскажу тебе обо всем. И мы уже навеки будем вместе, вместе...»

А на горе Мтацминда, где Нина похоронила Грибоедова, как он ее попросил когда-то, она воздвигла памятник в виде плачущей вдовы, обнимающей крест, на черном мраморе которого выгравировано: «Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя?»

энтеоснагайкой

Харизматическая ересь. Анализ учения религиозной организации «Новое поколение» г. Благовещенска.

Оригинал взят у pitanov в Харизматическая ересь. Анализ учения религиозной организации «Новое поколение» г. Благовещенска.
Виктор Селивановский. Харизматическая ересь. Анализ учения религиозной организации «Новое поколение» г. Благовещенска.

Предлагаемая вниманию книга, безусловно, актуальна и важна для понимания сущности самого духа протестантизма. Протестантство породило воистину бесчисленное количество сект (ересей), которые продолжают плодиться и по сей день. Данная книга посвящена исследованию одной из них, так называемому «Новому Поколению», создателем которого стал наш соотечественник А. Ледяев, и которое сегодня само начинает дробиться. …

энтеоснагайкой

Коста Хетагуров, осетинский поэт и художник, православный христианин (+1905г.)

15 Октября - день рождения Коста (Константина) Хетагурова
Kosta_XETAGUROV

«Мы все пойдем единодушно на зов Спасителя-Христа...»

Основоположник осетинской литературы, поэт, просветитель, скульптор, художник. Некоторые источники — в частности, сайты в интернете — указывают 3 октября как день рождения поэта, что вызвано разницей между юлианским и григорианским календарями.Традиционно Коста Хетагуров считается основоположником литературного осетинского языка. В 1899 он выпустил поэтический сборник «Осетинская лира» («Ирон фæндыр»), в котором, среди прочего, были опубликованы первые стихи для детей на осетинском языке.
К. Л. Хетагуров много писал и на русском языке, сотрудничал во многих газетах Северного Кавказа. Его перу принадлежит обширный этнографический очерк осетин «Особа́» (1894).
В день его рождения хотелось бы коснуться христианской темы в его жизни и творчестве.
Христианские мотивы в творчестве Коста столь очевидны для любого непредвзятого читателя, что они не могли не вызвать раздражения у марксистских литературоведов первого поколения.

Collapse )

/// Оригинал статьи тут: http://osradio.ru/culture/2787-my-vse-pojjdem-edinodushno-na-zov-spasitelja.html
энтеоснагайкой

Добрый самарянин

Оригинал взят у o_alexandr75 в Добрый самарянин
Добрый самарянин

0_a552e_9da14d25_orig

Одно из евангельских чтений, предваряющих начало Петровского поста, Притча о добром самарянине. Она звучит так же в последний день перед Постом Рождественским.


«…Некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым.
31 По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо.
32 Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо.
33 Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился
34 и, подойдя, перевязал ему раны, возливая масло и вино; и, посадив его на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем…» (Лк., Гл. 10)



По своей сути, притча эта – первый святочный рассказ. У истории драматическая завязка. Далее следует описаниие страданий главного героя и равнодушие окружающих. И, наконец, счастливый финал, который так всем нравится – а особенно детям.

В любом взрослом тоже немножко остаётся от ребёнка. Может быть, поэтому нас так привлекают хеппи-энды – счастливые концы историй? Но взрослые (в отличие от детей) – люди очень занятые важными делами. Нам некогда выслушивать длинные повествования. Поэтому Господь притчу эту рассказывает нам лаконичным языком городского человека.

Некто спешит из Иерусалима в Иерихон. Рассказывается это так, как будто мы идём из храма к себе домой. А на улице этого Некто избивают и обдирают местные отморозки (кто как не местные знают, как свои пять пальцев улицу, что бы потом дать дёру?). Человек теряет сознание. А мимо идут равнодушные прохожие. Они вроде бы и должны помочь – по долгу полагается – но они тоже городские, им некогда. Да, и что сделаешь? Валяется какой-то пьяница на дороге. Ничего страшного: проспится и уползёт к себе опохмеляться. И только один-единственный – и то гастробайтер (сюда можно смело подставить вместо самарянина узбека или таджика) оказывает первую помощь беспомощному человеку. Потом взваливает его на свой велосипед и отвозит в ближайшую больничку. А там докторам даёт что-то из своих копеек, что бы те взяли бомжа.

История очень похожа на криминальные сводки, которыми наполнен телевизор. Но давайте подумаем, много ли в криминальных сводках такой человечности и такого призыва делать добро?

Мало того, что мы сами поневоле ставим себя на место избитого и беспомощного человека; читая притчу, мы начинаем негодовать сами на себя. Почему? Потому, что именно в себе каждый видит и узнаёт равнодушие и пренебрежение идущих мимо чужой беды эгоистов. Совесть обличает нас: сколько раз мы могли помочь, но проходили мимо? И не только на улице. Точно также мы оставляем в беде друзей, соседей и даже родственников. «Сами виноваты, - говорим мы - не надо ходить без миноискателя по минному полю жизни».

А при виде чужого доброго дела совесть ещё больше начинает нас мучить и грызть. Почему мы не поступили так же? Что нам помешало? Мы пытаемся вспомнить, но не можем – настолько мелочны и несостоятельны были эти «причины». А время ушло. И оказывать помощь уже некому.

Но самое удивительное в словах Господа, что в рассказе про Доброго Самарянина нет хорошего конца. Финал вызывает больше вопросов, чем ответов. Да, человека подняли с асфальта и отвезли в больницу. Да, дали денег на лечение и обещали вернуться. Но конец истории неизвестен. Он, как говорят литераторы, «открыт». Что случилось дальше с пострадавшим? Он выздоровел или умер? Приехал ли Добрый Самаритянин? Нашли ли бандитов?

Мы не знаем.

Почему? Потому, что дописать эту историю призван каждый из нас сам. Потому, что ещё не поздно помочь нуждающемуся. И вообще, любому кому требуется помощь в беде, поддержка в трудную минуту или просто доброе слово.

Это и будет хорошим началом Петровского Поста. Это и будет счастливым окончанием – хеппи эндом – нашего святочного рассказа, главными словами в котором являются:

«иди и поступай также».

энтеоснагайкой

Откуда выражение "По ком звонит колокол".

Оригинал взят у serg_slavorum в Откуда выражение "По ком звонит колокол".
С английского: For Whom the Bell Tolls.
Из «Духовных стихотворений» (другое название «Молитвы») английского поэта Джона Донна (1572—1631).
17-е стихотворение:

Нет человека, который был бы как Остров,
сам по себе, каждый человек есть часть Материка, часть Суши;
и если Волной снесет в море береговой Утес,
меньше станет Европа,
и также если смоет край Мыса и разрушит
Замок твой и Друга твоего;
смерть каждого  Человека умаляет и меня,
ибо я един со всем Человечеством,
а потому не спрашивай никогда, по ком звонит Колокол;
он звонит и по Тебе.

Английский текст.

Выражение стало популярным после выхода в свет романа «По ком звонит колокол» (1940) американского писателя Эрнеста Хемингуэя (1899-1961), эпиграфом к которому послужило стихотворение Джона Донна.

Смысл выражения: предложение задуматься о своем месте в мире, о своей бренности, об общности человеческих судеб, солидарности людей и т. д.

Отсюда.

энтеоснагайкой

(no subject)

Оригинал взят у alpriest в А вы знаете, как называются составные части книги?
Оригинал взят у n_nastusha в А вы знаете, как называются составные части книги?
Интересно! А фОрзац - еще и с ударением на первом слоге, представляете, друзья? )

Оригинал взят у adam_a_nt в А вы знаете, как называются составные части книги?
книги

энтеоснагайкой

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ О. АЛЕКСАНДРЕ МЕНЕ / Инопланетяне и Серафим Роуз

Оригинал взят у kot_pafnusha в ВОСПОМИНАНИЯ ОБ О. АЛЕКСАНДРЕ МЕНЕ / Инопланетяне и Серафим Роуз
Оригинал взят у russgulliver в ВОСПОМИНАНИЯ ОБ О. АЛЕКСАНДРЕ МЕНЕ / А. ТАВРОВ (ПРОДОЛЖЕНИЕ)


Я ни разу не слышал, чтобы о. Александр хоть кого-то осуждал. Зато однажды был свидетелем, как настоятель (тот самый сотрудник КГБ) распекал его в присутствии прихожан на улице, делая ему раздраженным голосом одно замечание за другим.  И снова было ощущение нахохлившейся птицы, которая только и ждет, когда можно будет вернуться к основным делам. Впрочем, он тогда не молчал, а отвечал четко, тихо и лаконично, в принципе, со всем соглашаясь, кивая. Помню, меня это сильно тогда удивило. Это был период, когда я считал, что раз не ответил как следует, не опроверг, значит признал вину. Постепенно до меня доходило, что одно из другого не вытекает.
Только однажды я видел его в сдержанном гневе.
Это было связано с историей об «инопланетянах». Она довольно-таки комична.
Я жил той весной на даче и что-то сочинял. Ночи были холодные, деревья только начали покрываться листвой и по ночам в небе мерцали огромные звезды. Накануне я понял смысл русского выражения по поводу грабель. Идя к поленнице за дровами, я не заметил лежащие на земле грабли и именно что наступил на зубцы всем своим весом. Ручка описала бесшумный оборот и ударила точно по скуле, причем с силой неожиданной. Через нескольку минут появился бандитский синяк. Меня это не смутило – деревня, перед кем красоваться? И я продолжил свои занятия, как ни в чем не бывало. Ночью я вышел полюбоваться на звезды. Я стоял на крыльце и долго смотрел, как они там мерцают. Внезапно одно из светил без всякой подготовки снялось с места и движением обозначило в воздухе фигуру похожую на скрипичный ключ. Я замер. Я не привык, чтобы звезды танцевали. Какое-то время я соображал, что бы это такое могло быть. В это время застывшая было звезда продолжила свои маневры, причем было ощущение, что она напрочь лишена массы, потому что все происходило без разгона, стремительно. «Тарелочка» то разгоралась, то тускнела , продолжая чертить в воздухе замысловатые фигуры и временами застывая. Потом к ней присоединились еще две. По мере того, как они подходили к третьей с двух сторон, та разгоралась все больше, а я все больше жалел, что на даче нет бинокля. Две мерцающих точки приблизились к третей вплотную, она разгорелась сильным светом, они слились воедино и исчезли. Я почувствовал беспокойство. Я допускал мысль о том, что это инопланетяне, и сбивчивые истории о похищениях закрутились в моей голове. В это время я услышал шорох маленьких ножек по сухой траве в темной глубине сада…
Я взял фонарик, ружье и медленно пошел к забору, откуда доносились странные звуки. Признаюсь, что я сильно напрягся. Подойдя к забору вплотную и осветив землю, я увидел ежика. Это были не марсиане. Я сел на корточки и стал с ним общаться, я люблю ежей. Что ж, по крайней мере «топот маленьких ножек» я определил правильно.
Наутро приехала жена. Я встретил ее бурно. Я стал рассказывать о визите инопланетян. Глаз у меня был подбит, речь была бессвязной… словом, мне опять не поверили. Когда я дошел до «топота маленьких ножек», жена печально вздохнула…
 Когда я рассказал свой анекдот о. Александру, он отреагировал мгновенно: - Ну, зачем же ружье, - сказал он, улыбаясь. – Надо было пойти к ним и сказать – здравствуйте, идите ближе, дорогие! Я очень рад вас видеть! – В ответ я вспомнил, что в своей книжке Серафим Роуз объявил НЛО манифестацией Сатаны. – О. Александр посерьезнел. – Откуда этот мусор берется! Все вдруг начинают читать, как сговорились, Серафима Роуза. Знаете, это единственный автор, книги которого я бы с удовольствием сжег. Собрал бы и сжег. Он пишет о том, что истинно православных людей, которые спасутся, очень мало. А если вдуматься, то настоящие православные - это он и еще несколько человек. А если уж  по строгому рассмотрению, то  останется он один. А что, все остальное человечество – для Бога плесень? Да? Его что, надо просто смахнуть в огонь и забыть?
Про сжечь книги звучало не очень кровожадно. Время от времени он жег у себя на участке собственные рукописи, а потом с восторгом сообщал: целых два чемодана сегодня сжег, красота! Для него это был рабочий момент. Над своими книгами он работал тщательно: «Гоголь семь раз переписывал. Что я лучше Гоголя? Не меньше семи!» - и улыбка.